08.09.2010 Из почты сайта/ Еще раз про «совмещение» и «теоретике Никитине»

Говоря о событиях вокруг ленинградской или московской организаций, вряд ли правильно будет ограничить разговор только анализом самих событий. Наверное, следует попытаться разобраться с источниками вдохновения погромщиков. Ради понимания причин потери партией всякого вдохновения, угрозы ее вырождения в унылую партию парламентских сидельцев-заднескамеечников и имитаторов классовой борьбы. Тут не уйти от вопросов мировоззренческих.



Своеобразие текущего момента в жизни КПРФ состоит, в частности, в том, что на роль крупного теоретика партии предъявил претензии главный контролер и ревизор партии тов. Никитин. Он, конечно, неутомим в попытках контроля над мыслями коммунистов и ревизии марксизма, но об этом – как-нибудь в другой раз.

 

Дело и не в том, что дремучая свежесть его теорий вдруг странным образом овладевает партийными массами. В нынешней одеревеневшей, глубоко задумчивой (от слова Дума) КПРФ, тупо безразличной к теории, идеи - дело десятое.

 

Тут надо бы на секундочку отвлечься и отметить, что теоретическая сиволапость партийных верхов опирается на мощный фундамент – на безразличие огромного большинства членов КПРФ к вопросам коммунистической теории, их всеядность. По части теории (да и практики) им нередко довелось глотать то, что следовало бы смывать в унитаз.

 

Все, наверное, оценили, как тов. Никитин вбил последний гвоздь в гроб залеченной московской организации. Именно он осенил ее погром, мощно задвинув на пленуме ЦК про борьбу с агентурой, мешающей совмещать классовую и национально-освободительную борьбу. Тем самым, надо признать, на грязненькую номенклатурную разборку с Уласом, которую ему устроили партийные набобы, была наброшена некая идейная вуаль.

 

Однако даже этого Никитина можно приспособить к какой-нибудь пользе, например, как повод вспомнить хотя бы некоторые простые вещи на уровне кружка политпросвета.

 

Не порвавшим с логикой очевидно, что толковать о совмещении уместно лишь по поводу таких вещей, которые можно совмещать, а можно и не совмещать.

 

Как обстоит дело с буржуазией? Бывает буржуазия компрадорская, бывает национальная буржуазия некоторой страны. Есть и иностранный (по отношению к ней), и транснациональный капитал. Все они представляют собой отдельные политические и экономические определенности, имеют несколько различные классовые интересы, и ведут каждая свою классовую борьбу применительно к данной стране. Их интересы могут наилучшим образом совместиться только в общей борьбе с пролетариатом.

 

А что пролетариат? Компрадорского пролетариата, по-моему, в природе не существует, хотя, возможно, тов. Никитин что-то о нем слыхал. Говоря же о пролетариате данной страны и пролетариате иностранном, всякий человек, который в эпоху до Никитина мог быть отнесен к коммунистам, подразумевает и географические, и исторические различия, из которых, однако, трудно вывести предмет какой-либо непосредственной классовой борьбы, хотя, возможно, тов. Никитин что-то слыхал и об этом. Кстати, вышеупомянутый транснациональный капитал, надеюсь, хоть на миг напомнит тем, кто забыл, сидя в нынешней КПРФ, о пролетарском интернационализме – единственном средстве противостояния ему.

 

Толкуя о буржуазии, вполне уместно говорить о совмещении (или об отсутствии такового) классовой борьбы и борьбы национально-освободительной, поскольку классовая борьба буржуазии вовсе не подразумевает национально-освободительной борьбы как бесплатного к себе приложения.

 

Классовая же борьба пролетариата страны, расположенной на периферии мирового капитализма, не может не быть одновременно национально-освободительной. Она не может не содержать в себе задачи национально-освободительной в самой полной постановке. Классовые интересы пролетариата такой страны, в частности, не могут не быть противопоставлены классовым интересам компрадорской буржуазии, иностранного, транснационального капитала.

 

Что же касается национальной буржуазии, то она, конечно, может быть союзником пролетариата в борьбе с компрадорской буржуазией и иностранным капиталом. Она может добавить к национально-освободительной борьбе пролетариата и свой классовый интерес. Однако может ведь и не добавить. Все зависит от ее классовой зрелости. К тому же классовый интерес национальной буржуазии в такой борьбе состоит все-таки не в некоем освобождении всех классов и лиц освобождаемой национальности, а в освоении тех гешефтов, которые уходят компрадорской буржуазии и иностранному капиталу.

 

Наверное, если сильно напрячься, то можно слепить некую постановку задачи национально-освободительной борьбы, не используя классовые категории. Однако решение этой задачи существует только классовое. В связи с этим хочу заметить, что угроза, например, русской культуре, о которой речь шла даже на отдельном пленуме ЦК, происходит не от неких нерусских или антирусских культур, а от пошлейших образцов культуры буржуазной.

 

Будь тов Никитин функционером добропорядочной партии каких-нибудь русских патриотов-промышленников в стране с неразвитым рабочим движением, его речи звучали бы вполне естественно. Однако в коммунистической партии, у которой за плечами вековая история, это не может восприниматься иначе, как свежая дичь доморощенного теоретика, пришедшего в буйный восторг от посетившей его мысли и ринувшегося околачивать косяки открытых дверей.

 

С. Ильин, чл. КПРФ, Москва

Комментарии читателей