30.01.2009 Партийное строительство и ренегат Никитин

«…ложь,   возведенная   в   принцип   политики…» (А. и Б. Стругацкие, «Обитаемый остров»)


Зревший многие годы конфликт в рядах коммунистической партии перешел в активную фазу в конце 2008 года. Как почти всегда в подобных ситуациях, поводом для открытого противостояния стал организационный вопрос  - на Ленинградской городской партконференции представители нескольких районов не смогли помешать избранию первым секретарем В.И. Федорова. Присутствовавший на конференции Никитин сумел организовать кампанию по отмене ее результатов.

Однако разногласия по количеству помощников и наличию или отсутствию представителя обиженных районов в счетной комиссии – это лишь итог многолетнего накопления противоречий. История КПРФ началась с реваншистских идей по восстановлению в каком-либо виде советского прошлого, и этим она сильно отличается от коммунистических партий других стран, даже от бывших стран «народной демократии». Одна из самых сталинистских партий Восточной Европы – гдр-овская СЕПГ преобразовалась к середине 2000-х в современную Левую партию, при этом не розово-социал-демократическую, а в интересный эксперимент, изучаемый левыми активистами во всем мире.

В первые годы после коллапса Советского Союза в КПРФ шли те, кто пострадал от радикальных неолиберальных реформ, те, кому происходящее казалось чем-то похожим на гибель Западной Римской империи. Так как обиженных новым режимом капиталистической реставрации было много, это определило определенные выборные успехи КПРФ.

При этом никакой четкой идеологии у партии не было. При формальном декларировании «приверженности марксистско-ленинским идеям» никакого осмысления и переосмысления не предполагалось. Задача, поставленная перед активистами, сводилась к обеспечению максимального процента на выборах, а там посмотрим.

Но шли годы, реставрация закончилась, периферийный капитализм сформировался, а вместе с формированием капитализма стала складываться и новая классовая структура, пришедшая на смену советскому бесклассовому обществу. В партию стали приходить новые люди нескольких типов. С одной стороны, в партию шли увлеченные марксистскими идеями молодые люди, видевшие всю несправедливость современного им общества. С другой стороны, в ряды оппозиции пошли те, кто видел несправедливость капитализма, но для себя вопрос борьбы с ним свел к личным характеристикам правящего класса и восстановлением страны от национального унижения, вызванного распадом Советского Союза. Задача партийного строительства была поставлена как всемерное увеличение численности, поэтому двери в первичные отделения были открыты всем.

Уже через несколько лет такая кадровая политика привела к размыванию и без того некрепкого идейного багажа КПРФ. Под видом патриотической тематики в партийной публицистике стали пробиваться ростки национализма. Сначала на них не обращали внимания, ведь никому в голову не могло прийти, что такие настроения могут стать какими-либо программными установками в партии, называющейся Коммунистической. Именно такой беспечностью можно объяснить то, что до конца 2008 года не была начата открытая борьба с национализмом в рядах партии. Сторонники «русского совершенства» заняли многие командные должности, и, почувствовав свою силу, решили избавиться от тех, кто так или иначе спорил с ними.

При этом в ряды КПРФ шла молодежь, студенты, обеспокоенные своим будущим в капиталистической России. Все они мирились с идиотизмом постановлений и резолюций, мракобесием в ЦКРК, хождением партийных генералов в церковь и т.д. и т.п. – все ради движения к общей цели, все из-за веры в то, что большая организация способна излечиться от недуга переходного периода и стать настоящей коммунистической партией, свободной от догм, старых не оправдавших себя организационных принципов и демагогии.

В причудливом сочетании двух элементов – марксистов и националистов – ленинградское городское отделение КПРФ подошло к VII отчетно-выборной конференции. И грянул гром. Сторонники «русского социализма» перешли в наступление, вытравливая дух и влияние марксисткой идеологии в партии. При этом свои идейные  искания они, естественно, подавали как теоретическое развитие марксизма-ленинизма, найдя замечательное сочетание социализма и патриотизма, предлагая национальные квоты представительства и т.д.

После никитинских репрессий управлять городской организацией прислали из Москвы аппаратчиков. И к ним сразу потянулись националисты, ранее отодвинутые от руководства ГО. В Центральном районе, организационные структуры которого оказались полностью захвачены сторонниками меньшинства VII городской конференции, начался прием в КПРФ людей, лишенных даже налета «красноты», а в Приморском районе активный борец с марксистским уклоном Бороденчик заявил, что КПРФ на очередном съезде «сменила идеологию».

Все это вехи на общем пути скатывания партии в идеологическую пустоту. Уже давно марксистская публицистика вышла за пределы партии и, чем дальше вправо отклоняется КПРФ, тем больше молодежи левых взглядов включается в борьбу с капитализмом в организациях, относящихся к КПРФ в лучшем случае настороженно, в худшем – враждебно. Александр Тарасов называет КПРФ «бревном на пути левого движения», а журнал «Левая альтернатива», редактируемый Б. Кагарлицким, публикует статьи типа «Никитинщина – смертельная болезнь КПРФ», студенты серьезно спрашивают членов КПРФ – есть ли в их рядах марксисты? Все это – симптомы болезни, вызванной, с одной стороны, объективной причиной – пережитой болью из-за краха СССР, с другой – ошибками в организационном и кадровом подходе при строительстве партии.

Но болезнь надо лечить – и время явно пришло. Вся эксплуатируемая периферия глобального капитализма терпит один за другим удары структурного кризиса неолиберальной системы, причем, если прибыли от нефтяного бума в России приватизировались «элитами», то убытки от кризиса социализируются, т.е. простые люди платят за ошибки власти и крупных буржуа. А этот момент партийные идеологи вещают об национальной исключительности, государствообразующих народах и национальных социализмах. В Китае разоряются целые отрасли легкой промышленности, миллионы рабочих бегут обратно в деревню. Снижение спроса на минеральное сырье ставит под угрозу социалистические преобразования в странах Латинской Америки. Куба пострадала от трех разрушительных ураганов, уничтоживших 40% урожая. В Боливии шахтеры и индейцы ведут упорную борьбу за земельную реформу и новую конституцию. Это проблемы для коммуниста, а не пресловутый «русский вопрос», который существует только как классовый в наши дни, в отличие от Великой Отечественной, когда К. Симонов написал свою одноименную пьесу.  Мы боремся не за захват власти в союзе с национальной буржуазией, образовавшейся в процессе первоначального накопления путем разграбления советского наследства, мы боремся против мировой буржуазии и стоим в одном ряду с коммунистами Кубы, социалистами Венесуэлы и левыми в Германии, а такие как Никитин и иже с ним – препятствие на этом пути.

Внутрипартийная борьба в Ленинградской ГО – частный случай общей борьбы за марксистскую КПРФ, против людей, не понимающих природы всемирного классового конфликта, ищущих решение в этоцентризме, повторяющих в уменьшенном виде путь, ошибки, заблуждения, методику и ложь других националистических движений,  которые знала история.

А именно ложь – во всех ее видах, является основным средством борьбы с марксистским уклоном (а как еще можно бороться с марксистами в марксистской, казалось бы, партии?). Ложь в идиотских грубых формулировках – от «увода с победного ленинского пути на ложный путь быстрой троцкистской революции» до «многочисленных нарушений устава» без указания статей, ложь в толковании очевидных статей самого Устава – и следующий за этим авторитарный зажим права коммунистов на критику любых решений центральных органов. Но если для борьбы со злобными «неотроцкистами», на деле являющимися обыкновенными, но столь партии необходимыми марксистами, необходимо так много врать и применять неуставные действия, то как поведут себя борцы за «русский социализм», получив власть?

 

ЛГК

Комментарии читателей